М.С. Парфенов: «Я преклоняюсь пред Его Величеством Ужасом»

М.С. Парфенов — автор и составитель антологий «Самая страшная книга 2014», «Самая страшная книга 2015», «Пазл», создатель популярнейшего жанрового сайта «Зона Ужасов», лучшего фэнзина Европы 2014 (премия Еврокона) хоррор-вебзина DARKER и многих других проектов.

 
— Ваша колоссальная организаторская работа не может быть не замечена, поэтому начнем с нее. Сколько у Вас всего проектов (вебзинов, сайтов, обществ и т.д.)?
— М-м-м… м-много. Я в последнее время уже сбился со счета. Тем более, что проекты часто взаимосвязаны. Скажем, как начинающий литератор, я в свое время был одним из «отцов» Литературного общества «Тьма», но, занимаясь сайтом ЛоТ, открыл в себе интерес к работе вебмастера и начал создавать сайты уже не только о литературе ужасов, но об ужасах (фильмах, играх, мрачной музыке) вообще. Со временем этих сайтов стало довольно много, плюс были созданы сайты нескольким коллегам, друзьям.
В голову пришла идея объединить все эти ресурсы в некую единую сеть — так возникла сеть хоррор-сайтов Horror Web. В ней появился DARKER в какой-то момент, а потом все это привело к тому, что мы создали антологии «Пазл» и «Самая страшная книга 2014», которые внезапно для всех стали хитами продаж и доказали, что русский хоррор (как и хоррор вообще) читателям интересен, нужен.
Выходит, что литературное творчество подвигло меня на первые работы по сайтам, а многолетняя работа в Интернете неожиданно помогла реализации некоторых литературных идей. На сегодня мы с друзьями и коллегами не только уже несколько лет, как выпускаем вебзин DARKER (и успели получить престижную награду Еврокона), но проводим крупный конкурс рассказов ужасов «Чертова дюжина», участвуем в создании жанровых книг.
Наиболее крупными моими проектами в вебе являются: популярный сайт Зона Ужасов, DARKER, Horror Web, Литературное общество «Тьма», а также находящийся пока еще не в штатном режиме сервис авторских литсайтов Site4Write. В литературе же это проект «Самая страшная книга», который теперь, похоже, становится мощным ежегодником. В феврале выходит «Самая страшная книга 2015», которая объективно сильнее и лучше первого тома. И этот проект позволяет нам, русской литературе ужасов и мистики, двигаться дальше, развиваться, так что он очень важен для всех нас.
 
— Как появилась идея создать DARKER?
— Долгая история. Когда мы создавали Литературное общество «Тьма», я продумывал концепцию этого проекта и его сайта. Мы исходили из общего понимания, что существует некий большой «темный» жанр, к которому относятся хоррор, мистика, триллер, темное фэнтези и т. д., и т.п. Мы понимали, что у нас в стране этот жанр — на задворках, что издательствам мы не интересны. Знаю авторов, которые в этих условиях пытаются «подстроиться под рынок», начинают писать не то, что им хочется, а то, что легче опубликовать. Я предпочитаю рынок формировать, а не двигаться в его русле. Мы любили ужасы и хотели писать ужасы — это нормально. Но мы понимали, что нам надо привлекать внимание к жанру, популяризовать его, объединять вокруг себя людей на базе общей любви к хоррору. «Фишкой» нашего общества и его сайта должен был стать PDF-журнал «Тьма». Первое время его делал я, потом передал это дело другому знатоку жанра: Владиславу Женевскому. Чисто технически журнал в этом формате не мог долго жить, начал выходить все реже… В итоге стало ясно, что PDF-журнал скорее мертв, чем жив. Всем было жалко, но были объективные трудности, зависимость от дизайнеров, чрезмерные траты времени и сил. Это было, как в поговорке — «и хочется (делать журнал), и колется» (слишком трудно и отдача невелика). Осмыслив опыт «Тьмы», я пришел к ребятам с идеей создания журнала в формате ежемесячно обновляемого сайта. Идея понравилась. Так и появился DARKER. С 2011 года и по сей день мы выпускаем каждый месяц новый классный номер и даже умудряемся платить пусть мизерные, но гонорары авторам и членам редакции. За это время DARKER завоевал признание сотен и тысяч людей, и это на самом деле очень круто.
 
— Как подбиралась команда?
— Первоначально мы просто взяли тех ребят, кто ваял «Тьму». Затем состав команды несколько раз менялся, но незначительно — просто одни редактора разделов по тем или иным причинам не могли продолжать работать, а потом им на смену приходили другие.
У нас выработалась определенная схема взаимодействия, и пусть у нас остаются нарекания к самим себе, но, слушайте, журналу уже четыре года, у нас есть чем гордиться — интервью со знаменитостями, эксклюзивные публикации известных отечественных и зарубежных авторов (ранее не переводившиеся рассказы Роберта МакКаммона — вот свежий, но далеко не единичный пример), номинации и награды Еврокона, один из самых популярных литконкурсов рунета… Черт подери, у нас все-таки неплохо получается!..
 
— Традиционный вопрос: почему хоррор?
— Потому что кровьмясокишкираспид… А если серьезно: Хоррор — великий жанр. Он велик так же, как велики Трагедия и Комедия. Он работает с эмоциями. А эмоция Страха — одна из самых мощных, глубоких, разносторонних. Какие перспективы, какие возможности предоставляет этот жанр: вау! Посмотрите, много ли научной фантастики прошлых веков переиздают, читают и поныне? Я вспомню от силы «Гиперболоид» Толстого и отдельные романы Верна. И посмотрите, как часто у нас издают и переиздают классику хоррора: это десятки имен и тысячи произведений. Сколько великих мастеров со всего света отдавали дань уважения Страху! Хоррор — велик, хотя по ошибке (и ввиду понятной предвзятости в отношении затрагиваемых нашим жанром тем) пока и недооценен серьезной критикой и литературоведением. Я не просто люблю хоррор, я преклоняюсь пред Его Величеством Ужасом.
 
— Назовите, пожалуйста, ваших любимых авторов. Тех, у кого, на ваш взгляд, есть чему поучиться.
— Учиться можно даже у плохих авторов — чтобы не допускать их ошибок. Что касается любимых авторов, то у меня нет таких авторов, каждое произведение которых мне безоговорочно нравилось бы. Раньше таким был Стивен Кинг (как и у большинства), но с годами Король стал писать иначе. Он все еще Король, но уже больше за счет прошлых заслуг. С другой стороны, появляются отличные вещи. Из свежего — «Страна Рождества» Джо Хилла, например. Вот там есть, чему учиться. Как есть, чему учиться у Геймана, Симмонса и, конечно, у классиков прошлых лет.
 
— Сколько антологий было составлено?
— На сегодня на моем «счету» уже выпущенные антологии «Пазл», «Самая страшная книга 2014», к выходу готовятся (или уже вышли на момент публикации этого интервью) «Самая страшная книга 2015» и «13 маньяков». Ждет своего часа антология мистического хоррора «Хэллоуин» (мы надеемся, она выйдет к осени). К этому можно добавить, что вышедшую в Варго-серии книжку «Альфа-самка» процентов на 70-80 тоже собирал я. Собственно, на этом останавливаться мы не намерены, но и заваливать читателей одними антологиями не собираемся. Моя задача-максимум сейчас — создание серии русского хоррора, в которой выходили бы различные сборники и авторские книги. Работа в этом направлении ведется.
 
— Труд над какой из них оказался тяжелее всего?
— На «Самой страшной книгой 2014». Это было очень тяжело, т. к. изначально я вообще вовсе не планировал организовывать что-то подобное, у меня не было никакого опыта: это был чистой воды эксперимент. К тому же, эксперимент этот пришелся на тяжелый период жизни — так вышло, что я тогда потерял работу, обеспечивавшую меня неплохим доходом, а наложилось это еще и на большие проблемы в личной жизни. Собственно, год или два я существовал в состоянии перманентной глубокой депрессии, у меня нарушился сон, а жить приходилось на сущие копейки, т. к. из тех небольших денег, что у меня имелись, энная часть уходила на поддержку интернет-сайтов (аренда доменов, хостинга и т. д.) и выплаты авторских вознаграждений по DARKER'у. В это время я узнал, что можно жить на пять тысяч рублей в месяц. Это были годы невероятного нервного напряжения, работа над проектом затягивалась, почти никто уже не верил в то, что из этого выйдет что-то путное. Отворачивались даже друзья по жанру, говорили, что никому это не нужно, что я, получается, зря стараюсь, что живу в каком-то выдуманном мире, не понимая «очевидного»: русский хоррор не популярен, его не будут издавать, не станут покупать и т. д., и т.п. Был момент, когда уже стало ясно, что книгу издадут, когда до выхода ее остались считанные дни… Это было в конце 2013 года. Я тогда вернулся к старым номерам DARKER'а, к своему эссе «Фантастический снобизм», где у нас в комментариях вышел спор с несколькими представителями НФ-фэндома. Там, тогда, еще в 2011 году небезызвестный фант-критик писал все то же самое прямым текстом. И вот я перечитывал его слова о том, что русский хоррор — этакое мертворожденное дитя, что «мы вас публиковать будем только, когда вы хорошо писать будете, то есть — ха-ха — никогда!». У меня слезы на глаза навернулись в тот момент. Но было еще много волнений уже, когда книга вышла, пока следил за данными о продажах и прочее. В итоге оказалось, что я был прав: книга «выстрелила», несмотря на то, что как раз в самом разгаре была буча на Украине, что не могло не сказаться негативно на продажах книг вообще и хоррора в частности.
Так что «Самая страшная книга 2014» была очень, очень тяжелым, неимоверно трудным проектом для меня. Но, благодаря его успеху, мой любимый жанр вышел из тени и сейчас постепенно идет все дальше и дальше, вперед. Потому я не жалею о потраченном времени, энергии и напрочь убитых нервных клетках.
 
— Кого из современных русскоязычных авторов вы бы могли назвать открытием?
— Для меня за последние год-два такими открытиями стали Александр Матюхин и Максим Кабир. Другие открытия тоже были, но чуть раньше, а с творчеством этих парней я познакомился как раз за последние пару лет и успел убедиться, что у них хороший уровень. Также есть целый ряд авторов, которые внимание на себя обратили, но либо пишут хоррор непостоянно, совмещая с другими жанрами, либо пока я недостаточно еще с их творчеством познакомился, чтобы делать выводы.
Я в последнее время все чаще стал говорить и писать о некоей «хоррор-волне» в нашей литературе, имея в виду свое поколение авторов. И тут к Матюхину и Кабиру стоит добавить Владислава Женевского, Александра Подольского, Дмитрия Тихонова, Олега Кожина. Ну, и меня самого, наверное. Думаю, названные авторы уже скоро станут «лицом» современного русского хоррора, так как число публикаций у них будет расти, наверняка будут авторские книги… Короче говоря, я оцениваю их потенциал высоко. [...]
 

Путь на сайте

Рекомендуем

Опрос

Современный роман невозможен без:

мистики (хотя бы намек) - 23%
криминальной истории (ничто так не оживляет текст, как пара трупов) - 11.5%
любовной истории (что за роман без любви) - 43.7%
социализации героя (герой должен занять достойное место в обществе) - 21.8%