Рецензия на роман Ксении Медведевич «Кладезь бездны»

кладезь2810Над пустынными песками и изумрудно-зелеными полями, по изломанным горным проходам и широким дорогам далеко разносится стальное бряцание, мерный топот и конское ржание. Сквозь тучи пыли неумолимо шагают длинные колонны пехоты, несутся быстрые патрули джунгаров, ползут шумные вереницы обозов. Халиф Аммар лично повел армию в поход, чтобы сокрушить секту карматов, осмелившихся терзать набегами жителей аш-Шарийа. Если предыдущая часть романа-эпопеи "Золотая богиня", "Сторож брату своему", описывала распадающийся, умирающий мир, то вторая часть, роман "Кладезь бездны", полностью посвящен схватке.

Схватке человеческого государства, возведенного на законах шарийа, на заповедях Всевышнего и проповедях Али, отягощенного всеми присущими людям слабостями - ложью, леностью, коварством и алчностью, и государства не просто сумеречного, но насквозь пронизанного темными демоническими страстями, в котором жители почти перешагнули призрачную границу, отделяющую людей от нечисти. Схватке Стража Престола со своим предназначением, потому что даже приняв фирман, Тарег по-своему понимает служение Клятве и продолжает прокладывать собственный путь. По-прежнему князь Полдореа готов бросить вызов любому, кто покусится на его свободу воли, свободу чести и свободу выбора, будь тот хоть халифом, хоть богиней, хоть ангелом Всевышнего.

Если говорить о языке и стиле, то с одной стороны, Медведевич по-прежнему сохраняет безжалостно обыденную натуралистичность, но с другой - отдаляется от былых пространных и витиеватых красивостей, укрепляясь в более четком и даже немного чеканном слоге. Отчасти это несомненно сокращает титанический объем и увеличивает темп событий, однако, также порой теряется многомерность и глубина повествования. Впрочем, афористичность никуда не делась, многие фразы вполне претендуют на звание прекрасных и ярких цитат.

В то время, как "Сторож брату своему" закладывал основу для дилогии, уподобляясь запутанному лабиринту борьбы Тарега и Клятвы, его тщетных исканий и отчаянных метаний, "Кладезь бездны" предстает скорее градом выпущенных стрел, каждая из которых является отдельной сюжетной нитью, и ни одна из них уже не может прервать свой стремительный и гибельный полет. Роман наполнен звенящей, словно туго натянутая струна, предопределенностью. Но ощущение обреченности получилось скорее собранным, решительным и жестким, чем мрачным или унылым.

При глобальном рассмотрении мы имеем два крупных конфликта - в человеческом и сумеречном мирах. Волшебство у Медведевич всегда получается завораживающе чужим, таинственно зыбким и стильно колоритным. Дэвы и гули, аждахаки и джинны довольно редко встречаются в книгах, делая "Кладезь бездны" еще более необычным и затягивающим. Остряк и поэт Имруулькайс, верный и жестокий Меамори, опасная и хищная Варуна - они оттеняют людей своими пугающими, чудными и чужими манерами. Однако сумеречный конфликт проявляется небольшими порциями, развиваясь довольно прямолинейно. Переродившейся в демона богине и Тарегу суждено сойтись в поединке, неважно, желают они того или нет.

Человеческое же в романе и сложнее, и проще одновременно. Да, помимо огромных батальных полотен, когда в схватке сходятся многотысячные войска, здесь сплетаются клубки интриг, вновь поднимаются мятежи и пылают города. Более того, автор вновь поднимает вопрос о грани, отделяющей человека от нечисти. И на сей раз уже Тарег считает, что именно простые люди легко и без угрызений совести творят немыслимые зверства. Не сказочные чудовища, не коварные демоны, но торговцы, обычные земледельцы и воины. С другой стороны, описываемые события все больше напоминают современный мир со всеми его пороками, до боли знакомыми приемами и методами. Пропаганда, когда людей одурманивают возвышенной ложью, чтобы бросить в топку войны. Тактика прагматичного шантажа и заложников, использование обманутых марионеток, разветвленная сеть шпионов и кураторов.

Самым же основным вопросом стала судьба Тарега, который вновь стал ястребом и клинком халифа, подлинным Стражем Престола. Который вновь готов платить великую цену за спокойствие аш-Шарийа, готов стирать города, преследовать врагов, обезглавить государство, если понадобится. Ключевое слово - "вновь". Конфликт человеческого мировоззрения и сумеречного уже присутствовал в "Ястребе Халифа", и тогда он завершился погружением Тарега в сон. Халиф аль-Мамун придерживается более мягких взглядов относительно сумеречника, однако общество почти не претерпело изменений. Прежними остались фанатизм толпы, страх богачей и ненависть соперников при дворе. И потому закручивая новую спираль печальной истории о приговоренном к вечной битве князе Полдореа, Медведевич оказалась перед сложным выбором. Или повторить старый итог, или же сломать имеющиеся рамки, найти иной выход и навязать любимому миру новую форму.

Пожалуй, следует отдельно предупредить читателей, что очень желательно обновить в памяти события первого тома дилогии, чтобы восстановить расклад сил и освежить характеры второстепенных персонажей. Жаль, что немалое число потенциально весьма интересных линий так и остались протянуты в будущее. Впрочем, это отчасти оправданно, поскольку подчеркивает иное мироощущение сумеречных существ. То время, за которое успевает смениться несколько поколений простых смертных, джинны или аль-самийа едва замечают, не спеша сводя счеты или выстраивая далеко идущие планы. Планы, которым, вероятно, уже не суждено сбыться...

Итог: жесткое батальное восточное фэнтези с философско-психологическим подтекстом.

Моя оценка: 8/10

Источник: fantlab.ru

Путь на сайте

Рекомендуем

Опрос

Современный роман невозможен без:

мистики (хотя бы намек) - 23%
криминальной истории (ничто так не оживляет текст, как пара трупов) - 11.5%
любовной истории (что за роман без любви) - 43.7%
социализации героя (герой должен занять достойное место в обществе) - 21.8%