Йенгангер не дышит, или Победы на одного не бывает

Впечатление: Восторг

Благодаря Голливуду, который время от времени обнаруживает очередной пласт мировой мифологии и с ликованием бросается его осваивать, скандинавские мифы и их герои давно стали широко известными. Какой любитель фантастики незнаком со злым весельчаком Локи, героическим Тором и прочими обитателями Асгарда? «Эдда», кенинги, руны, викинги… Для фэнтези – неисчерпаемый кладезь сюжетов, образов и антуража, потому из него старательно черпают, редко добираясь до дна, все больше собирая сливки прямо с поверхности. Что поярче, попроще, что полегче приспособить…

А дна у скандинавских мифов и вправду нет, вместо него архетипическая Бездна, пронизанная корнями Мирового Древа, увитая кольцами такого же Мирового Змея, готовая поглотить всё и вся. Бездна смотрит в того, кто смотрит в нее, согласно завету знаменитого философа, и всегда ждет. Смерть и жизнь в скандинавских мифах идут рука об руку, одно является естественным продолжением другого, судьба каждого определена, а над миром вечно висит тень грядущего Рагнарека, но это совершенно не повод переживать. Это, как считали древние скандинавы, причина хорошо прожить отпущенное время и постараться вырвать его побольше.

Впрочем, все это лирическое вступление, что-то вроде традиционного зачина очередной саги. «В землях, которые называются Ванханен, жил человек из рода Глемтов…» Как-то так, наверное, начал бы скальд очередную сагу. Роман «Враг хозяина штормов» начинается иначе, по-современному, с боя, предательства и милосердия, тайного убийства и исполнения долга. Да, мне очень нравилось прежнее название романа, но и новое не хуже, пожалуй. Потому что это роман о человеке, который осмеливается противостоять богам. Человеке, который бросает вызов и Мраку, то есть мировой бездне, и существу, которое считает себя их полномочным представителем.

Оларс Забытый – йенгангер, дух во плоти, покойник, задержавшийся в этом мире по уникальному стечению обстоятельств. Но мы в мире саг, а там нет места случайным поворотам, там все закономерно и подготовлено прошлыми событиями. Оларс – орудие мести мертвецов и щит живых, единственная надежда избежать местного Рагнарека. Только он, застрявший между жизнью и смертью, может пройти этим путем и собрать живых и мертвых в единую армию. Оларс не герой-одиночка, он лишь острие меча, скованного из мести, отчаяния и надежды. Он призыв к борьбе, знамя, под которым собираются все, готовые драться по любую сторону жизни. Потому что на самом деле смерти в этом романе нет. В принципе! Есть разные формы существования, и гибель не является уважительной причиной для уклонения от воинского призыва. Повестка придет всем!

Поэтому рядом с Оларсом плечом к плечу встают и обычные люди, и мертвецы, и стихийные духи, и всякая экзотическая нечисть. Даже бывшие враги становятся не друзьями, но соратниками, потому что Спокельсе – символ неконтролируемой агрессии, деструктивный хаос, воплощение абсолютного зла. Это в какой-то мере упрощает конфликт романа, потому что врага можно просто ненавидеть, не вдаваясь в моральные тонкости, но также и расширяет его, делает объемным, переводит в архетипическую плоскость не столько даже мифа, сколько сказки. Это в сказке есть Зло, а есть Герой и его волшебные помощники, которые обязаны победить. Любой ценой. И чем древнее сказка, тем страшнее и безнадежнее бой, тем дороже обычно цена победы.

Я люблю этот роман за многое. За прекрасный язык, очень поэтический и яркий, как детский сон. За то, что автор не боится страшных сложных слов, а, напротив, играет с ними, наслаждается звучанием, смакует детали, рассыпает сокровища мифов, реальных и выдуманных, нанизывает образы, как бисер в сложной вышивке. Художественное полотно романа играет красками, в нем мешаются сполохи северного сияния, теплые отблески янтаря, переливы морских глубин, вечных льдов и скупые чистые оттенки северной природы. Автор высыпает перед нами огромный сложный мир, как кучу кусочков мозаики, и читатель не может охватить всю картину разом, захлебываясь круговоротом образов. Я более чем уверена, что материала этого романа хватило бы на дюжину книг. Историю почти каждого персонажа можно развернуть, как гобелен, и она засверкает собственным цветом. Холодные Камни, Соук-Икке-Соуке, брат и сестра Бессмертники, ниссе, рисе, валькары, капитан Драуг, Рангрид… Да разве всех перечислить?! Трагические, величественные, невыносимо обаятельные… Единственная претензия к роману у меня в том, что про каждого из них сказано достаточно, но… слишком мало! Я как читатель влюблена в каждого персонажа и мимокрокодила, в каждое название, в каждый самоцвет этой мозаики, вкус, запах и прикосновение!

И при этом все они лишь фон для сюжетной нити Оларса Глемта. А ведь он из всех персонажей самый… обычный. Ну да, он не-мертвый Посредник между миром живых и мертвых, но это совершенно, до безобразия просто не делает его героем. Оларс то голоден, то мерзнет, то получает по голове, то куда-то падает, то над ним подтрунивает встречная нечисть, то враги искренне удивляются, как он вообще смеет рассчитывать не на победу, а хотя бы на схватку. Да он не просто не герой, он антигероичен! При всей своей магии и необыкновенном существовании. И все же он снова и снова поднимается и идет вперед с упрямством тысячи ослов. Потому что больше – некому. Потому что в финале увлекательной книги, где все сплошь приключения и схватки, прозвучит заключительным аккордом мысль, к которой автор тянул и пинал нас всю дорогу: не бывает победы, которая принадлежит кому-то одному.

Мог ли Оларс что-то сделать в одиночку? Безусловно, нет. Могли ли все остальные сделать то, что сделали, без него? Теоретически – возможно, на практике – нет. Нужен был катализатор, запустивший реакцию общего взаимодействия, существо, изначально не рассчитывающее остаться в живых или хоть как-то воспользоваться плодами победы. Оларс – совершенно, безупречно героичен, как бы это ни противоречило всему сказанному ранее, потому что его героизм не в могуществе, а в спокойном самоотречении. Да, он на что-то надеется, чего-то желает, о чем-то думает… Но йенгангер не дышит – и, значит, нельзя убить мертвеца. Вернее, убить можно, нельзя победить. Спокельсе проигрывает не потому, что Оларс – великий герой или могущественный маг, а потому что Хозяин Штормов покусился на основы мироздания: право на жизнь живых и покой мертвых. И противовесом выступил тот, кто, единственный, имеет право выступать за обе стороны. И не рассчитывает ни на что, им причитающееся.

Так вот о названии. Прежнее было шикарным, я искренне и до сих пор расстроена его заменой. Но оно выражало образ самого Оларса. «Враг хозяина штормов» говорит нам о человеке, который собственную жизнь и посмертие отдал единственной цели. Не о личности, а о ее роли. Как тут не вспомнить незабвенное семеновское «Волкодав прав, а людоед – нет». Зло должно быть повержено, и кто-то должен это сделать.

И потому йенгангер Оларс не получает ровным счетом ничего, никакого вознаграждения за сделанное. Мир спасен от порождения Мрака, кто-то обрел покой, кто-то – власть или любовь, собственную душу, наконец. Кроме Оларса. Ему изначально ничего не обещали – ну так и что? Он снова остался один, пережив смерть возлюбленной, его семья не вернулась из загробного мира, он все так же мертв. То есть не дышит. Теперь мы знаем, что это очень разные вещи, вообще-то. Можно, оказывается, умереть, но не быть мертвым, если сам не видишь особой разницы. Ведь смерть – это не повод, чтобы остаться в стороне от битвы.

Я читала этот роман, когда он еще только писался. Читала потом правящимся и готовым. Читала уже на бумаге, узнавая много раз виденные строчки совсем иначе. И с каждым разом понимала, что это особенный текст. Не просто очень талантливый, яркий и самобытный. Не просто такой, где автор не боится быть искренним, а герои умеют любить, дружить и отдавать жизнь за то, что любят. Это мудрый текст, потому что безжалостный и при этом добрый. Как нож хирурга, например. Автор никому из героев не обещал хеппи-энда в принципе, так что если кому и повезло, то это просто норны пока точат ножницы. Но и никого не убил ради пафосного момента и сочувствия читателей. Все смерти отмерены с точностью божественных Прях, знающих, где связать, а где обрезать. И как же хорошо, что в эпоху хеппи-энда, возведенного в ранг священной коровы шоу-бизнеса, еще пишутся такие тексты, где герои не воскресают, умерев. Зато пока живут – они действительно живы. В романе «Враг хозяина штормов» они не просто живы, они идут сквозь вечность, как и положено правильным героям мифа. Единственное вознаграждение спасителю мира – продолжение службы. Теперь по охране спасенного им мира. Все просто и правильно.

И мне до отчаянной злости жалко, что этот конкретный миф рассказан до логического конца. Будто открыли сундук с немыслимыми драгоценностями и просто показали то, что лежит сверху. А там же дальше столько всего! Можно запускать жадные руки и копаться бесконечно, разглядывая каждую вещицу, за которой своя история. Я просто тихо надеюсь, что Демиург этого мира когда-нибудь вернется и продолжит историю. Да, йенгангер не дышит – ну и что? Быть покойником — это не причина, чтобы упокоиться. Сага продолжается…

Автор: Дана Арнаутова

Путь на сайте

Рекомендуем

Опрос

Современный роман невозможен без: